Естественно-правовая теория. Часть 10.

В прежнем Советском государстве степень обеспеченности прав и свобод граждан во многом зависела от степени вовлеченности их в государственно-правовые или иные официальные (в особенности, в высшие партийные) структуры, а также - от имеющихся "полезных" связей в чиновном и партийном мире. В постсоветской России в дополнение к названным факторам добавляется еще финансово-экономический, материальный фактор.

В ряде случаев он все чаще играет решающую роль. В особенности это касается таких конституционных прав и свобод граждан, как свобода слова и печати, право граждан на образование, реальное (качественное) медицинское и социальное обеспечение, право на труд, на отдых и др. Слабая материальная, социальная и иная обеспеченность конституционных прав и свобод граждан в значительной степени выхолащивает их смысл и содержание.

Последнее касается не только прав и свобод граждан, но и различных конституционных положений относительно неотчуждаемости основных прав и свобод человека относительно их гарантированности согласно общепризнанным принципам и нормам международного права и др.

Однако все сказанное, безусловно, не означает, что естественное право и его теория в настоящее время утратили свое значение, что они полностью потеряли свой первоначальный социальный смысл. Несмотря на то, что естественное право прошло огромный путь в своем развитии и претерпело весьма радикальные изменения, несмотря на то, что в настоящее время к естественному праву в значительной мере утрачен интерес, оно, тем не менее, продолжает по-прежнему привлекать к себе достаточно большое внимание, вызывать споры, разноречивые суждения и нередко политические и идеологические раздоры.

Независимо от того, какой взгляд на естественное право и его теорию доминирует в обществе, воспринимаются ли они как существующее в действительности или же как нечто идеальное, то и другое играет огромную, не только академическую, но и сугубо практическую роль.

Это выражается прежде всего в том, что естественное право служит моральной основой и ориентиром при формировании позитивного права. Можно соглашаться или не соглашаться с мнением Е.Н. Трубецкого о том, что позитивное право "не есть единственная форма права, что над ним есть иное, высшее право" и что "эта высшая форма права, отличная от права положительного, независимо от какого бы то ни было авторитета, и есть то, что называется естественным правом", однако остается бесспорным то, что естественное право является первоначальной основой "любого иного права, а вместе с ним и правопорядка".

Предписания естественного права по своему содержанию и отношению к позитивному праву, писал автор, будучи "внутренним законом нашего разума", являются по своей сути нравственными предписаниями, Естественное право - то же, что и правда. Оно вбирает в себя всю совокупность тех нравственных требований, в силу которых мы подчиняемся или не подчиняемся тому или иному общественному и государственному институту ("авторитету"). Оно заключает в себе всю совокупность тех нравственных норм, в которых человеческая власть и позитивное право находят себе оправдание.

И далее. Лежащая в основе всякого правопорядка обязанность личности подчинять свои цели общественным интересам есть, несомненно, обязанность нравственная, и соответствующее этой обязанности право общества господствовать над личностью есть, без всякого сомнения, по существу своему, право нравственное.

Таким образом, рассматривая естественное право под углом зрения его академической значимости, следует констатировать, что оно может и должно быть моральной основой не только процесса формирования позитивного (положительного) права, но и различных форм его реализации, включая правоприменение.